Париж 1887 года был городом, глубоко недоверчивым к тому, что готовилось вырасти в самом его сердце.

Петицию подписали более трёхсот выдающихся художников, архитекторов и писателей, протестуя против того, что они назвали «головокружительно нелепой башней, доминирующей над Парижем, словно гигантская чёрная фабричная труба» и «чернильным пятном, расплывающимся над городом».

Гюстав Эйфель ответил им: «Неужели люди и правда думают, что если ты инженер, то красота не заботит нас в наших сооружениях?»

<h3>Построена для Всемирной выставки</h3>

Башня задумывалась как центральный экспонат Всемирной выставки 1889 года, посвящённой столетию Французской революции, и из семисот присланных проектов проект Эйфеля был выбран единогласно. Двое старших инженеров его фирмы — Морис Кёшлен и Эмиль Нугье — впервые набросали идею в 1884 году: пилон с четырьмя решётчатыми ногами, которые сходятся у вершины и соединены металлическими поясами через равные промежутки, и их первоначальный эскиз выглядел почти в точности так, как всё и построили. Все 18 038 деталей были изготовлены на заводе Эйфеля в Леваллуа-Перре под Парижем и обработаны с точностью до десятой доли миллиметра, а сборка началась в июле 1887 года и завершилась двадцать два месяца спустя. На каждую заклёпку требовалась команда из четырёх человек: один нагревал, один удерживал на месте, один формовал головку, а четвёртый забивал, и лишь треть из двух с половиной миллионов заклёпок была установлена прямо на стройплощадке — остальные собрали заранее на заводе. Считается, что строительство унесло лишь одну жизнь — поразительно низкая цифра для проекта такого масштаба и такой скорости.

<h3>Инженерная мысль, скрытая в изгибах</h3>

Эйфель по образованию был мостостроителем, и башня это выдаёт с головой. Он понимал, что ветер — главный враг любого высокого открытого сооружения, и с помощью сложных математических формул рассчитал точную кривизну четырёх ног, необходимую, чтобы противостоять сильным порывам. Родившаяся в результате решётчатая конструкция пропускает ветер сквозь себя, а не принимает удар на сплошную стену, и даже в самый сильный шторм башня отклоняется всего примерно на девять сантиметров, а в жаркие дни железо расширяется и конструкция может стать выше на несколько сантиметров — явление, которое Эйфель заранее учёл в своих расчётах.

<h3>Спасена радио</h3>

Изначально предполагалось, что башню разберут после выставки 1889 года, но спасла её беспроводная связь: высота сделала её идеальной точкой для радиопередачи, и в последующие десятилетия она стала важнейшей стратегической станцией связи, а позже на ней разместили датчики для метеорологии, аэродинамических исследований и, в конце концов, телевизионного вещания. «Железная дама», как её прозвали, сегодня принимает почти шесть миллионов посетителей в год и остаётся самым посещаемым платным монументом на всей планете.