Император Веспасиан пришёл к власти в 69 году нашей эры, твёрдо намеренный стереть самую память о Нероне.

Там, где Нерон устроил личное озеро на территории своего гигантского дворцового комплекса, Веспасиан приказал осушить воду и возвести для народа самый большой амфитеатр, какой только видел древний мир.

<h3>Инженерное чудо из травертина и бетона</h3>

Строительство началось около 72 года нашей эры и завершилось в 80 году при сыне Веспасиана Тите — для такого масштаба срок поразительно короткий. Эллиптический силуэт Колизея достигает 189 метров по длинной оси и 156 метров в поперечнике, покрывая площадь в шесть акров и вздымаясь почти на пятьдесят метров в высшей точке, и на момент завершения это было самое сложное рукотворное сооружение на Земле. Главным материалом послужил травертин — белый в свежей добыче известняк из Тиволи, что примерно в тридцати километрах от Рима, и его ушло, по оценкам, сто тысяч кубометров, а скрепляли всё это около трёхсот тонн железных скоб, которые позже, в Средневековье, растащили, отчего на внешних стенах остались знакомые ряды отверстий. Второстепенные конструкции использовали римский бетон — само применение бетона в таких объёмах было крупным новшеством, и, как замечает историк Натан Элкинс, «именно бетон и позволил Колизею вообще быть построенным».

<h3>Архитектура для толпы</h3>

В Колизее было 80 входов, из которых 76 предназначались для простой публики, а оставшиеся четыре — для императора, сенаторов и прочей элиты. Места разделялись по общественному положению: ближайшие к арене ряды, выполненные из мрамора, занимали самые состоятельные зрители, а верхние ярусы, сложенные из простого камня, отводились обычным людям. Вход и выход были продуманы с поразительной эффективностью, и археологи оценивают, что от пятидесяти до восьмидесяти тысяч зрителей могли покинуть здание за считаные минуты, — систему управления толпой, которую до сих пор изучают проектировщики стадионов. Три нижних внешних яруса демонстрируют все три главных греческих ордера — тосканский на первом этаже, ионический на втором и коринфский на третьем, — и этот систематический порядок позже стал фундаментальным принципом ренессансной архитектуры, а под ареной скрывался гипогей — целая сеть подземных туннелей и камер.

Две тысячи лет землетрясений, пожаров, средневековой добычи камня и загрязнения воздуха сделали своё дело: уцелело примерно две трети первоначальной постройки, и она по-прежнему принимает около семи миллионов посетителей в год, оставаясь одним из самых посещаемых монументов на всей планете.

Из личного озера презираемого императора поднялся амфитеатр для народа — поступок, высеченный в травертине и бетоне, и он говорит нам о том, что архитектура может быть местью, что бетон способен пережить империи и что здание, построенное, чтобы развлекать восемьдесят тысяч человек, до сих пор способно заставить нас замереть в молчании. Веспасиан своего добился: дворец Нерона исчез, а то, что он построил для Рима, стало памятником всему миру.